Биография мастера

Екатерина — тату-мастер студии Piersib — одна из тех людей, кто, кажется, родился с карандашом в руке. «С детства я рисовала. Больше всего — людей, портреты, мифических существ. В этом была магия, которой мне хотелось заниматься всегда». И хотя в те времена профессии тату-мастера ещё не существовало, у Кати уже лет с десяти были подозрения, что это её путь.

Пока другие дети смотрели мультики, она засматривалась на клипы и фильмы, где мелькали татуировки. Рисовала фломастерами на себе, фантазируя о будущем. А в 12 лет подписала одну из своих фотографий на обратной стороне: «Хочу стать татуировщиком». Эту реликвию спустя годы обнаружила её мама — когда дочь уже 10 лет как набивала тату на полном серьёзе.

Казалось бы, такая уверенность — это результат долгих лет обучения. Но нет. Екатерина — самоучка. «Мне просто показали, как собрать машинку, какие бывают иглы и как делать трансфер. Всё остальное — только мой опыт». Помощников не было. Были только рисунки, страсть и желание пробовать. Зато благодаря этому в ней развилась не только техника, но и скорость. «Я работаю быстро. Так что долго терпеть не придётся», — смеётся она.

В студию Piersib Екатерина пришла сначала не как мастер, а как клиент. Решила сделать себе пирсинг в носу и записалась к Евгению. Он оказался не просто мастером, а владельцем студии. А ещё позже — стал и её мужем. Конечно, сперва они просто познакомились. Потом — подружились. А уже спустя год, когда Жени не было дома, Екатерина нарисовала его портрет. Сюрприз произвёл фурор. Женя увидел, ахнул и предложил: «А давай ты попробуешь делать тату». Катя не растерялась. Просто взяла машинку и начала.

«Первое тату я делала своей маме — пантеру на плече в реализме. Она сама предложила себя в качестве модели, когда я сказала кем хочу работать». Недавно, спустя 16 лет, они сделали коррекцию той самой пантеры. Символичная работа, символичная история.

Piersib — это не просто студия тату и пирсинга. Это студия, где работают и живут люди, которые любят своё дело и друг друга. У Екатерины и Евгения подрастают дети. Папа уже делает им пирсинг. Мама татуировки пока не делает, рано. Но старшая дочь уже выбрала, кто будет бить её первую тату: «Только мама».

Катя считает себя универсалом, но предпочитает реализм. «Если я понимаю, что кто-то сделает лучше — например, каллиграфию — я просто направляю туда». Её цель — не просто сделать тату, а сделать качественно, эстетично, осмысленно.

Именно поэтому многие приходят именно к ней. За уровнем. За отношением. За тем, как она видит человека и помогает ему выразить то, что невозможно сказать словами.

«Однажды в студию пришёл дедушка, лет 75–80. Спросил, сколько стоит татуировка. Денег не было, но он рассказал, что хочет портрет своей жены в молодости набить себе на грудь. Жена жива. Просто когда-то он ей это пообещал и вот — пришло время». Екатерина сделала работу бесплатно. А позже дедушка пришёл на коррекцию — добавили цветочек. «Сказал, жена была в бешенстве», — смеётся Катя. Но для него это было важно. И для неё тоже.

Хорошая татуировка — это не только о линии и технике. Это про человека, его идею, подход и искренность. Самый главный критерий? «Она должна быть в кайф. Человеку, который её носит. Всё остальное вторично».

У Екатерины много увлечений. Помимо тату, она занимается нейрографикой — научным методом проработки подсознания через рисунок. У неё есть бренд одежды Katrin Mantis, где она рисует принты и печатает их на сетке для боди. Здесь в ход пошло и дизайнерское образование. И это ещё не всё. Она активный человек: спортзал, бокс, сноуборд — жизнь бьёт ключом.

Планы? «Продолжать так же. Я кайфую от жизни, от работы, от людей вокруг. Всё, что мне нужно, уже со мной». Кажется, если бы у счастья был тату-мастер — это была бы сама Катя.